(no subject)

[sohryu_l]

Ну, раз уж другие выкладывают там свое тварьчество, то чего ж я один как олень. Пускай полежит, ничего не станется. Тем паче, что это отрывок из - да-да - Трайворлда. Не самый последний, конечно, но один из первых. Впрочем, сойдет, сюжетом он не перегружен.

 

...Ветер запустения несся по улочкам поселка, завывая, гудя и гоня облака наждачной эммитской пыли. Не сдерживаемый более герметическими дверями и самообновляющимися окнами, он свободно гулял внутри жилых помещений, офисов и складов, оставляя свои отметины на всем у себя на пути — стенах, мебели, вещах, людях. Наждачная пыль набивалась в каждое, даже самое микроскопическое отверстие, засоряла и царапала тончайшие молекулярные схемы электроники, уносила молекулярмашины с порывами ветра, стачивала стабилизаторы микроракет и кинетических снарядов, а плоть людей обгладывала за считанные минуты. Умирал же незащищенный человек и вовсе за секунды, наглотавшись пыли, которая к тому же набивалась в нос и уши и в прямом смысле резала глаза.

Они вошли в город утром, в самый разгар наждачной бури, когда эммитцы все еще сидели по домам, надежно, казалось бы, защищенные от пыли, но как бы не так — одетые в доспехи, которым на пыль было плевать, спецназовцы прошли совершенно незамеченными к зданию администрации поселка, и даже не заходя в него взломали центральный муниципальный мейнфрейм и приказали ему распахнуть все двери и окна в поселке настежь. В самый разгар наждачной бури.

Когда они шли обратно, Виэр не могла не заметить, как некоторые, еще пока живые люди исступленно выкрикивают им вслед проклятия. Спецназовцы проигнорировали их. Один-единственный чудом брошенный тотчас же задохнувшимся насмерть мальчишкой лет пятнадцати камень ударился об ее наплечник и отскочил, уныло покатившись по земле.

 

«Если спецназ Экспедиционного Корпуса Тондэма занимается акциями устрашения, то стало быть, дела идут плохо» - пульсировало у нее в голове. А ведь они занимались ничем иным, и дела у экспедиционного корпуса Тондэма идут не просто плохо, а паршиво. Из рук вон паршиво, больше того. Тондэмско-Эммитская война тянулась уже пятьдесят лет, и последние лет тридцать(Виэр тут столько и прослужила) тондэмцы были заняты тем, что несли колоссальные потери среди личного состава и снаряжения, и отнюдь не в открытом бою: регулярные эммитские войска были разгромлены в первые двадцать лет войны, и несогласные с оккупацией эммитцы(хотя «несогласные» было словом чересчур мягким) обратились к герилье в качестве метода противостояния. Партизанская война, которая для агрессора осложнена тем, что он сражается отнюдь не на своей территории — особенно если эта территория была размером с целую планету.

 

Партизаны сжигали мобильными лазерами ПКО орбитеры, спутники, челноки и десантные капсулы; лэндкрейсера и транспорты подрывались на ядерных фугасах и гибли от десятка-другого противокрейсерских зарядов в борт; солдаты в лагерях, где они могли бы находиться без доспехов, умирали от сбрасываемых с аэропланов газовых и бактериологических бомб, двери и окна зданий открывались в самый разгар наждачных бурь, а патрули сгорали заживо, если какому-то одному патрульному не посчастливилось бы вступить в радиус обнаружения мины обьемной детонации; аэрокосмические истребители и винтокрылы сбивались из портативных зенитно-ракетных комплексов, а важные обьекты обстреливались ракетной и ствольной артиллерией, батарею которой настигнуть можно было далеко не всегда.

 

Бога-Машину — а за ним и была организована эта экспедиция — тондэмцы так и не нашли, и два месяца назад, во время последнего сеанса связи с Тондэмом-Системой(так называлась та самая первая звездная система, из союза планет и спутников которой есть пошла Тондэмская Демократия), командованию экспедиции пришел исходивший напрямую от президента и подтвержденный министром обороны и главнокомандующим Экспедиционных Сил приказ.

 

В течении шести стандартных месяцев после получения приказа провести полный и окончательный вывод войск ЭК с Эммити. Чередовать операции по выведению войск на орбиту с хирургическими ударами по позициям инсургентов, акциями устрашения и орбитальными бомбардировками. По завершении отправить доклад в Тондэм-Систему и сразу же после этого немедленно взять курс домой.

 

Последние два месяца именно акциями устрашения отряд Виэр и занимался.

- ...вас поняли, Бишоп-1, движемся к точке встречи, отбой. - закончил радиопереговоры с кружившим вдали от фронта выдыхающейся бури винтокрылом капитан Кимберли. Во время наждачной буре ни о каком эваке и речи быть не могло: никто не станет рисковать машиной, которую пыль убьет за секунды.
- Когда уже эта чертова буря-то закончится, а?
- Разговорчики, Ширли!

Сержант-майор Ширли, четвертый в отряде и замыкавший шествие, послушно замолчал. Пыль, скребущая и барабанящая по броне и толкающий в спину ветер, конечно, действовали на нервы всем, но это не повод трепаться об этом по рации. Да и, собственно, зачем? Для досужего трёпа время найдется потом, а сейчас — сейчас лучше просто идти и не думать ни о чем, только поддерживать бдительность.

 

«...дела идут плохо».

 

Черт побери они идут плохо!

 

Лейтенант Виэр Квартааль, TEF SOCOM Div.III, буквально кипела от злости.

 

Убивать беззащитных? Ха, да кого это волнует! Но, черт побери, если это теперь работа для войск специального назначения, то либо двухсотлетние лбы в командовании окончательно тронулись от бессмертия и смены тел, либо дела действительно идут даже не паршиво, а невыносимо отвратительно. Ну в самом деле, обычно «работа с населением» относится к таким мелочам, которые лежат в компетенции рядовых подразделений: спецназ на такое даже не посмотрит. Не посмотрел бы, вернее; помешательство, если оно имело место быть, коснулось всего командования без разделения на виды и роды войск.

 

И ведь конца и края этому не видно; космонавтам-то не привыкать болтаться в своих летающих банках неделями напролет, но Виэр-то не была космонавтом и космос не очень любила, но воспринимала как должное, благо большую часть времени там проводила в холодном сне. На поверхности дни уже были отрезком времени, с которым надо было считаться, а эммитские дни и вовсе тянулись, как нуга, и три из шести месяцев, составлявших один эммитский год, один день тянулся четверо стандартных суток.

 

Сейчас, как назло, была как раз середина «тягучего» периода.

 

- Биоритмы, десять часов. - неожиданно доложил штаб-сержант Вайн, широкоплечий, под два метра ростом, ИИ. Утопленная в воротник корпуса голова Вайна напоминала змеиную, а в руках он держал противотанковую/противоматериальную кинетическую винтовку, которую человек даже в доспехе поднял бы с трудом.

Кимберли резко поднял вверх сжатую в кулаке и согнутую в локте руку, приказывая остановиться.

- Сколько?
- Пять. Опознаватели не наши. - красные точки враждебных целей уже появились, переданные Вайном, на нашлемном экране радара в доспехе Виэр. - Прячутся в здании, вон в том. - загорелся красным контур невысокого здания почти на самом краю поселка, перед опустевшим и открытым настежь КПП на дороге. - Еще трое, два часа. - подсветилось другое здание, с выщербленной от пыли вывеской «Осгууд и сыновья».
- Нас видят?
- Не могу отработать, позиции они не меняют.
- Окей. Ширли, за мной. Виэр, Вайн — вы направо. Пошли.
- Вас понял. - подтвердил Вайн, перехватывая винтовку поудобнее.
- Поняла. - подтвердила Виэр; технически служебное тело было бесполым, а личные местоимения в интерстелле не несли информации о половой принадлежности, так что передача ее реплики может выглядеть несколько неточной. - Вайн, пошли.

Отряд разделился. Виэр и следовавший за нею Вайн вошли в здание через задний вход, ступая аккуратно и совершенно неслышно, даже не бушуй сейчас вокруг буря.

- Двое в холле, направо, один в следующей комнате, два на втором этаже.
- Понятно. - Виэр подняла винтовку, переключая ее на огонь короткими очередями и пониженную громкость выстрела, и осторожно шагнула к дверному проему. Эммитец, в прочном противопыльном плаще поверх изношенного доспеха, стоял посередине комнаты, ощутимо нервничая. В руках он сжимал кинетическую винтовку аугурийского, похоже, производства.

Виэр шагнула в дверной проем, подняла винтовку и выстрелила — один раз, нажать-отпустить. Подавитель снизил звук пролета дозвуковых снарядов винтовки до неслышного свиста — но их дульная скорость все еще была достаточной, чтобы оторвать шейную пластину доспеха эммитца, пробить шейные мускулы доспеха и поддоспешник, пройти насквозь через шею и выйти наружу, пробив на выходе передние мускулы.

Эммитец схватился за шею, выронив винтовку: в один быстрый шаг Виэр оказалась возле него и ударом выскользнувшего из ножен на предплечии мономолекулярного ножа пробила ему шлем и черепную коробку, погрузив лезвие в мозг. Оно прошло через броню и череп легко, как нож сквозь масло, и так же легко выскользнуло; Виэр поспешно подхватила обмякнувшее тело врага и аккуратно опустила его на засоренный пол.

Выстрел в шею, о чем не было упомянуто, уничтожил расположенный в одном из шейных позвонков эгошпиль — смерть эммитца была, таким образом, окончательной и бесповоротной.

- Вайн, второй этаж за тобой.
- Принято к исполнению. - ответил ИИ и шагнул в сторону, дальше по коридору. Одна из трех дверей — вот, правая — вела в холл, где уже всполошились двое эммитцев. Видимо, оттого, что установленный в корпусе у Вайна скремблер начисто обрубил им радиопереговоры, радар и систему «свой-чужой».

Она вышла из комнаты и прошла вверх по коридору, держа винтовку наготове, остановилась возле распахнутых дверей в холл, выждала несколько секунд и вошла внутрь. Очень резко вошла внутрь.

Первый эммитец получил три снаряда в шею первым, и еще три в черепную коробку: работало автоприцеливание и развившееся у Виэр до состояния условных рефлексов стремление целиться выше плечей.

Второй успел выстрелить — его винтовка была полуавтоматической, стреляя одиночными снарядами. Левое плечо Виэр дернуло назад; она отступила на шаг, с легкостью подняв винтовку одной рукой, и выстрелила — очередь пришлась в грудь. Эммитец потерял равновесие — Виэр в последний момент переключила мощность выстрела — и нелепо взмахнув руками опрокинулся на спину. Она подбежала к поверженному противнику и молниеносно ударила его ножом в шею, не дав ему и двинуться.

- Первый этаж чисто.
- Второй этаж чисто.
- Капитан, это Виэр. Здание чисто, прием.
- Вас понял, лейтенант. - ответил Кимберли; Виэр увидела, как его фигура напротив забирается на парапет возле вывески и спрыгивает на землю. - Выходите на улицу, тут чисто. Продолжаем движение.
- Вас поняла. Вайн?
- Я срежу. - откликнулся ИИ и, когда Виэр выходила из холла здания на улицу, спрыгнул прямо перед ней. Она и бровью не повела.

Отряд построился — спереди Кимберли, Виэр сразу за ним, Вайн в центре и Ширли замыкающий — и двинулся дальше, пройдя мертвый КПП и оказавшись за границей поселка. Буря утихала; оседающая наждачная пыль хрустела под подошвами доспехов.

- Биоритм, один, двенадцать часов! - снова неожиданно выкрикнул Вайн, и одновременно прозвучал ясно слышимый в затихающей буре звук выстрела сверхзвукового снаряда.

Правый глаз Виэр пронзила резкая, жгущая и затопляющая все боль. Секундой позже, пока ее безвольное тело еще падало назад, эгошпиль высадил ее агонизирующее от фантомной боли эго в протянувщуюся над планетой и к находящемуся на орбите флоту тондэмскую военную сеть. Ощущение мира окончательно ускользнуло от нее, когда она провалилась в милостливое бестелесное забытие.

Тело Виэр Квартааль рухнуло оземь. Невидимый пока стрелок не стал два раза делать одну и ту же ошибку, и второй выстрел пришелся в шею капитану Энрико Кимберли, уничтожив его эгошпиль. Третий выстрел пришелся капитану в голову.

Весь отряд, за исключением ее, так и остался там, на дороге перед умершим поселком, умерев окончательно и бесповоротно.

 

Момент смерти настолько четко запечатлелся в ее памяти, что она попросила сделать правый глаз своего нового тела с самого начала слепым. Тогда она сказала, что это просто для памяти. Возможно, так оно и было.

Сейчас, двадцать два года спустя, Виэр Квартааль, вышедшая в отставку сразу после окончания Тондэмско-Эммитской войны, привычным, бессознательным уже жестом поправила чуть сползшую повязку на правом, никогда и не видевшем, глазу. Окружающим этот элемент ее внешности казался признаком эксцентричности, не более. Возможно, так оно и было.

 

Возможно.

 

Так и было.

 

Comments

[dixie-flatline.livejournal.com]

ну ничо так )

[sohryu-l.livejournal.com]

Это, с позволения сказать, еще цветочки-шитые носочки, всего-то невинный флэшбэк. В последних параграфах уже кефир-бананы-рок-н-ролл и много чего интересного. Ну, наверное.

[luiza-fransuaza.livejournal.com]

Ждем-с кефира/банана/рокынрола!

[sohryu-l.livejournal.com]

Ну выложу, правда там много-много инфодампов и мало-мало персонажей. Я просто, это, немного грежу/грезю лаврами Жирного Мудака Вебера, да и вообще.

Не сегодня-завтра наверное и выложу, чо.